toomth (toomth) wrote,
toomth
toomth

Category:

От экрана до кармана

Как телевизор делает граждан беднее

От экрана до кармана


Развлекать, информировать, убеждать — в той или иной мере СМИ могут все. Однако их пропагандистские способности обычно сильно переоцениваются. Зато их способность усиливать неравенство нередко остается неоцененной вовсе.






"В борьбе телевизора с холодильником в России не победит никто, суть оба приборы заморские, русской душе не близкие. А победит Емелина печь, с которой можно не вставать и по щучьему велению на ней за зарплатой ездить" — была бы в распоряжении россиян говорящая щука, и исход информационного противостояния бытовой техники был бы, пожалуй, именно таким, каким спрогнозировал исполнительный вице-президент КРОС, пиарщик Дмитрий Кантор.

Но в отсутствие рыбы с подходящими характеристиками или хотя бы дохода, который образуется как бы сам по себе, побеждает печь, на которой никуда не доедешь. В современных интерьерах — диван.

Исследование "Измерение реального влияния СМИ на когнитивные и поведенческие установки человека с целью формирования новой информационной повестки в обществе", проведенное центром "Класс" по гранту Фонда ИСЭПИ зимой-весной 2016 года, показывает, что рост медиапотребления у россиян трудоспособного возраста связан со снижением всякой другой активности — и досуговой, и трудовой. Низкий уровень доходов при таком поведении кажется закономерным. Но это лишь одна половина проблемы. Другая же — в том, что, хотя с ростом медиапотребления доля телевидения в его структуре растет, на отношении к власти это не сказывается.



"Люди с низкой проактивностью и большим объемом телесмотрения занимают более критическую позицию по отношению к президенту и его деятельности",— отмечается в резюме отчета по проекту, которое предоставил директор центра Леонид Лифиц.

По этим данным, самой лояльной является наиболее активная группа, несмотря на то что эти люди "скорее избегают контакта с российскими СМИ", полагая, что те не могут сообщить им "ничего интересного". Гипотеза, что высокие доходы положительно коррелируют с критическим отношением к власти, в ходе исследования "Класса" не подтвердилась. Как выяснилось, все обстоит ровно наоборот.

Здесь играем, здесь не играем

Заключение кажется парадоксальным, но у него есть объяснение. Высокие доходы характерны для людей с высокой проактивностью, то есть с таким отношением к окружающим событиям, когда человек принимает ответственность за себя и свою жизнь, и это проявляется в разнообразии его деятельности.



"Когда возникает какая-то проблема, проактивные люди пытаются действием проверить возможное решение: немножечко подумали, выдвинули гипотезу и попробовали ее осуществить",— поясняет гендиректор консалтинговой компании "Дымшиц и партнеры" Михаил Дымшиц, участвовавший в исследовании.

Альтернативой проактивности является рефлексивность — форма поведения, при которой, продолжает Дымшиц, человек склонен к переживаниям из-за неблагоприятных внешних условий, долго размышляет, правильно ли намерен поступить, и, "когда он начинает действовать, действует, скорее всего, неправильно, потому что ситуация уже изменилась, и в итоге он гораздо менее эффективен". В разных обстоятельствах человек может проявлять склонность то к одной форме поведения, то к другой. Но, по выборке "Класса", доходы самых проактивных почти в два раза больше, чем самых рефлексивных: 90 тыс. руб. против 47 тыс. руб. (сочетание высокой рефлексивности со склонностью к действиям соответствует более низким уровням — вплоть до 25 тыс.).



"Для проактивных понятность условий важнее, чем их характер: они могут быть недовольны ситуацией, но они могут ее контролировать и взаимодействовать с системой,— говорит Дымшиц.— Это не идейная поддержка власти, а сервильность: "все поняли, будем играть так". Их медиапотребление достаточно умеренно, у них и времени на это нет. Но как только начинает расти рефлексивность, растет и медиапотребление, причем этот рост — за счет телевидения, а доля радио и прессы падает".

От экрана до кармана

Холодильник по связям с реальностью

Полагать, что просмотр телевизора на политические воззрения оказывает влияние, обратное ожидаемому, было бы неверно. Как подчеркивает Дымшиц, один из основных результатов исследования в том, что "как минимум на коротком диапазоне само по себе содержание СМИ не влияет на позицию людей": "Активное медиапотребление, телевизионное в том числе, является следствием низкой социальной активности — когда жизни не хватает, люди смотрят телевизор. Но когда они садятся его смотреть, у них уже есть четкое представление, как устроен мир, и телевизор на него не влияет — он его фиксирует".

Панельная часть исследования включала два опроса с интервалом в шесть недель, и по итогам второго оказалось, что те, кто больше смотрит телевизор, реже меняют точку зрения, какой бы она ни была и как бы ни соотносилась с информационным потоком. За это время пересмотрели свою позицию около четверти респондентов (в панели участвовали 1100 человек), но изменения компенсировали друг друга и принципиальных вещей не касались: например, отношение к деятельности президента изменили 5% (2% перестали одобрять, а 3% — начали). Но это не было связано с изменением медиапотребления: люди меняли взгляды под влиянием либо конкретных действий властей, эффект которых был очевиден, либо событий в личной жизни, к которым власти не имели и даже в принципе не могли иметь отношения,— от потери или получения работы до, например, бракосочетания.



"Ситуацию часто рассматривают в том ключе, что вот люди много смотрят телевизор и находятся под влиянием пропаганды. Но власть поддерживают те, кто мало смотрит телевизор: они заняты, и у них есть заработки,— подчеркивает Дымшиц.— Более того, люди все меньше смотрят информационные передачи — их результаты и медиаметрически низкие (данные TNS приведены на графике), и те, кто эти передачи смотрят, остаются при своем. Возможно, на какой-то период пропаганда позволяет сохранить веру у тех, у кого упали доходы, но для людей в реально плохой ситуации холодильник гораздо более информативен, чем телевизор. Просто оппозиция не может признать, что холодильник еще не очень сильно пострадал".

Что холодильнику доверия больше, подтверждается и другими данными: например, в апреле 48% респондентов ФОМ заявили, что состояние экономики хуже, чем сообщают СМИ (противоположный вариант выбрали 7%), и 45% — что в целом не доверяют СМИ (доверяют 42%).

Чужие войны ненадолго отвлекают внимание телезрителей, но не в состоянии заставить их забыть о собственных проблемах

Чужие войны ненадолго отвлекают внимание телезрителей, но не в состоянии заставить их забыть о собственных проблемах

Телевизор: первая кровь

Телевидение для его аудитории стало не средством информирования, а способом "проживания времени": уровень вовлеченности, который можно замерить как уровень спонтанного воспоминания новостей, сильно упал. Сначала внутренние новости были вытеснены новостями о военных конфликтах, а когда внешнеполитические новости стали уходить, внутриполитические оказались неинтересными: в 2016 году ни одну из них не смогли припомнить более 5% респондентов. В 2007-2008 годах показатели были в разы больше.



"Новость больше предмет не политический,— указывают авторы исследования.— Новость теперь предмет катастрофы, при отсутствии которых интерес ко всем остальным темам остается на предельно низком уровне".

Катастрофы СМИ и эксплуатируют.



"Лучшее описание этого процесса дал Карл Поппер,— напоминает приглашенный научный сотрудник Анненбергской школы коммуникаций Университета Южной Калифорнии Василий Гатов.— "Если ты на низких уровнях качества приправляешь произведения — добавляешь в них секс и насилие,— ты учишь зрителей требовать еще больше секса и насилия... Специи становятся основой содержания, потому что они востребованы потребителем; с каждым циклом производства все меньше содержания и все больше специй, которые просто скрывают отвратительное качество предлагаемого продукта"".


"Извините, "пипл хавает". "Грешники в Патриаршем пруду" в "шпигеле" программы (анонсе новостей в начале) по-любому должны быть: чтобы публике было что смотреть, чтобы заинтересовать аудиторию просмотром предвыборной шелухи,— говорит бывший сотрудник одного из центральных телеканалов.— Хотя и профессионализм журналистов сильно упал: руководству лучше иметь их побольше, но попроще. Раньше у каналов была немножко разная подача — сейчас все стандартизировались, зрителю смысла нет переключать. И даже итоговые программы — просто перелопаченный новостной выпуск, плюс в интернете найдут какую-нибудь кошечку и в конце подсунут. На это можно конспирологически смотреть, но это может быть просто удобнее для руководителей каналов: они давно на своих местах сидят".

Но, как подчеркивает Дымшиц, так как "близких проблем людям не показывают, а дальние катастрофы им неинтересны, получилось, что в СМИ нет содержания, которое бы формировало вовлеченность людей". Они попадают в порочный круг: снижение социально-экономической активности спровоцировало сидение перед телевизором, а потребление теленовостей — новый цикл снижения активности, в том числе трудовой, падение доходов и самооценки.



"То, что мы получили,— классическая аномия. Общество распадается на единицы, которые ни на реальном, ни на эмоциональном уровне не взаимодействуют с окружением. Эта аномичная группа сейчас социологически небольшая, но как небольшая... уже треть".

НАДЕЖДА ПЕТРОВА

От экрана до кармана




Subscribe
promo toomth august 29, 2015 19:00 183
Buy for 100 tokens
Несмотря на дикие пробки на трассе Керчь-Симферополь, я таки выдвинулся сначала в райцентр Ленино, а потом и в город-спутник Щелкино, а уже оттуда попёрся на АЭС. В дикую жару, километров через 5 я понял что зря не взял такси... Пришлось намотать километров 20. В следующий раз возьму транспорт.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments